Press "Enter" to skip to content

Адвокатские тайны

Подробности конфликта известны и обсуждались многими изданиями: изначально Маруани прибыл в Москву в ноябре для того, чтобы решить конфликт по поводу плагиата одной из его песен Киркоровым. Юристы французского певца
noindex—>подали/noindex—> иск в Мосгорсуд о защите авторского права с требованием запретить Киркорову исполнять песню «Жестокая любовь», возместить моральный ущерб и убытки от нарушения авторских прав, а также взыскать с ряда ответчиков – автора песни Олега Попкова, ООО «Филипп Киркоров продакшн», Sony Music Entertainment, группы компаний Rones, ВГТРК – сумму в размере 75,3 миллиона рублей. На то, что данная песня отечественного исполнителя является плагиатом, указывает экспертиза, проведенная АНО «Центр по проведению судебных экспертиз и исследований». Эта информация стала известна со слов юриста Игоря Трунова, который взялся защищать позицию Маруани. По словам Трунова, довольно большая часть материала композиции (более трети) было заимствовано, что требует восстановление нарушенных прав истца. В свою очередь, пресс-секретарь Киркорова заявил, что данные обвинения беспочвенны, а сам французский исполнитель создает шумиху вокруг данного дела исключительно ради пиара.

История получила довольно неожиданное развитие событий, когда 29 ноября 2016 года московская полиция
noindex—>задержала/noindex—> Маруани и Трунова в отделении Сбербанка по обвинению в вымогательстве и шантаже Филиппа Киркорова, а после ночи в отделении внутренних дел Басманное в 5 часов утра оба были отпущены. Как объяснил Трунов, в отделении банка он со своим клиентом находился для подписания мирового соглашения, согласно которому Киркоров был согласен выплатить миллион евро за нарушение авторских прав. По данным «Новой газеты», 7 ноября истцам был
noindex—>возвращен/noindex—> их иск, поскольку стороны были готовы прийти к соглашению. Сами переговоры проходили через телефонные звонки и сообщения в мессенджерах, поэтому достоверно содержание их неизвестно.

Адвокат Киркорова Александр Добровинский 29 ноября
noindex—>собрал/noindex—> пресс-конференцию, на которой высказал свою позицию по делу и ответил на вопросы журналистов. В частности, юрист заявил, что переговоры от лица защиты Киркорова с Маруани якобы вели Владимир Кузнецов и Алексей Столяров, известные как пранкеры Вован и Лексус. Переписку с Маруани, где якобы содержались сообщения с угрозами и шантажом, которые подпадают под статью 163 Уголовного кодекса, прессе не предъявили.

При чем тут адвокаты

Александр Добровинский участвовал в делах, к которым были причастны государственные компании и криминальные авторитеты. В частности, он
noindex—>получил/noindex—> полтора миллиона долларов за юридическое участие в возврате добывающей компании «Пурнефтегаз» обратно «Роснефти». Также он защищал интересы Вячеслава Иванькова по кличке «Япончик» и офшорной фирмы неизвестного происхождения Birkenholz S.А, которая участвовала в скандальном деле против ЮКОСа за контроль над Восточной нефтяной компанией.

Биография его «оппонента» в деле Киркорова-Маруани, Игоря Трунова, также вызывает вопросы. В 1990-е Трунов был заместителем начальника хозяйственного управления администрации президента России. По версии сдедствия, пользуясь своим высоким положением и поддельными документами, Трунов мошенническим образом
noindex—>приобретал/noindex—> квартиры и лишал бывших владельцев их недвижимости. За данные аферы Хорошевский суд Москвы 27 ноября 1995 года
noindex—>приговорил/noindex—> его к шести годам лишения свободы, однако спустя три года после нового рассмотрения Московским городским судом дело было прекращено в связи с отсутствием состава преступления.

После этого Трунов стал адвокатом и принял участие в нескольких резонансных делах. Он был представителем интересов 86 истцов, пострадавших от террористического акта, после захвата театрального центра на Дубровке в 2002 году («Норд-Ост»). Защищал он и пострадавших от взрывов домов в Волгодонске и Москве в 1999 году, а также участвовал в подаче исков к ЗАО «Европейские технологии и сервис» суммой от 70 тысяч до 1,3 миллиона рублей в связи после обрушения спортивно-развлекательного комплекса «Трансвааль-парк» в 2004 году. Он же оказывал юридическую поддержку пострадавшей стороне в деле о гибели Сергея Бодрова-младшего и его съемочной группы в Кармадонском ущелье в республике Осетия в 2002 году, и в деле майора Евсюкова в 2009 году.

При этом суммы компенсаций пострадавшим едва ли покрыли расходы на юридические услуги Трунова. 21 сентября 2016 года Адвокатская палата Московской области лишила Трунова статуса адвоката, что не помешало ему поучаствовать в деле Маруани и Киркорова.

Кто еще

Проблемы с российскими адвокатами не ограничиваются лишь теми из них, кто берется за резонансные дела в поисках денег и славы. Адвокаты по назначению, услуги которых предоставляются государством гражданам, не способным самостоятельно оплатить услуги юристов, стали объектом внимания в том числе и внутри самого адвокатского сообщества. Около 40 адвокатов из 14 регионов России
noindex—>опубликовали/noindex—> открытое обращение Федеральной адвокатской палате, в котором попросили обратить внимание на своих нечистоплотных коллег и связанные с их деятельностью проблемы. «В последнее время следственные органы все чаще стали нарушать право на защиту подозреваемых и обвиняемых, используя при этом защитников по назначению», — говорится в обращении, переданном в Федеральную адвокатскую палату.

Связанные с адвокатами по назначению проблемы заключается в двух аспектах. Первый объясняется тем, что у подзащитного по факту оказывается два адвоката – по назначению и по соглашению. Так случилось с фигурантом «болотного дела» Дмитрием Бученковым,
noindex—>ситуация/noindex—> с которым и стала поводом для обращения. В декабре 2015 года активиста в присутствии адвоката по назначению допросили и арестовали в суде. В это время защитник по соглашению, которого наняли родители Бученкова, не смог дозвониться до следователя или выяснить местонахождение своего подзащитного. В результате этого активист, по факту, лишился возможности остаться не под арестом. Такое поведение адвокатов по назначению вызывает недовольство профессионального адвокатского сообщества.

Вторая претензия адвокатов касается случаев, когда защитники по назначению зачастую сотрудничают со следствием в ущерб задержанному или обвиняемому, или же бездействуют – и это негативно сказывается на состоянии дел их подзащитных. В качестве примера можно привести историю россиянки Светланы Давыдовой, которую в 2015 году обвинили в государственной измене за шпионаж в пользу Украины. Ее защитник Андрей Стебенев на законных основаниях не препятствовал аресту Давыдовой и пропустил срок обжалования решения суда об аресте, из-за чего впоследствии был лишен статуса. Новый защитник Давыдовой, Иван Павлов, добился не только ее освобождения из-под стражи под подписку о невыезде, но и, через некоторое время, закрытия уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. Адвокатская палата пришла к заключению, что Стебенев намеренно не оказал своей подзащитной необходимую юридическую помощь.

Этот случай – не единственный. Так, обвиненный в шпионаже в пользу Украины Юрий Солошенко, 73-летний бывший директор оборонного предприятия, которого в 2016 году приговорили к шести годам заключения, заявил о почти полном бездействии своего адвоката. Его назначенный государством защитник практически не появлялся в СИЗО. Другого адвоката – упомянутого выше Ивана Павлова – следователи не пускали к Солошенко, а самому подозреваемому уговаривали признать вину и не оттягивать время в СИЗО. В результате Солошенко отказался от защиты и признал свою вину.

Глава Международной группы «Агора» Павел Чиков стал один из первых юристов, подписавших обращение в Федеральную палату адвокатов. Он
noindex—>прокомментировал/noindex—> свое решение так: «Мы столкнулись с ситуацией, когда ни суд, в том числе Конституционный, ни прокурор, ни следователь вообще никак не были заинтересованы в соблюдении конституционного права задержанного на защиту. То есть рассчитывать в нашей правоохранительной системе не на кого. Надо объединяться самим. Наша задача в том, чтобы четко прописать регламент работы адвокатов по назначению. Мы хотим создать порог, через который они перешагнуть не смогут. Вплоть до угрозы лишения статуса, это самое сильное наказание для них».

Адвокат Сергей Бадамшин также поддержал обращение. Он заявил, что случаи, когда правоохранительные органы даже не скрывают сотрудничества с адвокатами, в последнее время стали нередкими. «По странному стечению обстоятельств подзащитные назначенных адвокатов часто признают вину, но не в том, что они совершали, а в том, на что указывает следствие. Такие случаи происходят уже повсеместно. Это не что иное, как предательство своих коллег со стороны сотрудничающих со следствием адвокатов», —
noindex—>сказал/noindex—> Бадамшин.

noindex—>Подписали/noindex—> обращение и другие адвокаты, сотрудничающие с международной правозащитной группой «Агора», юристами из «Команды 29», организацией «Открытая Россия» и защитниками осужденных по «болотному делу» и другим резонансным делам.

Попытки адвокатского сообщества бороться за чистоту своих рядов, безусловно, не могут не радовать. Однако важно понимать, что на такие поступки адвокатов толкает не только желание пойти по легкому пути, но и скромная зарплата. Согласно данным Федеральной палаты адвокатов, которая предоставила на своем официальном сайте обобщенные данные о текущем статусе адвокатуры, за месяц адвокат по назначению
noindex—>получает/noindex—> чуть более 9 тысяч рублей.  Всего адвокатов, участвовавших в уголовном судопроизводстве, за 2015 год насчитывается 37 566 человек. Усугубляется ситуацией еще и тем, что доля бюджетных средств на финансирование этих адвокатов, предоставляющих бесплатную юридическую помощь для населения, сокращается.

Be First to Comment

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *